Останется ли Казахстан на экономической обочине, когда миру не нужна будет нефть?


Специальный доклад Фатиха Бироля (Fatih Birol), главы Международного энергетического агентства (МЭА), спровоцировал активные комментарии от аналитиков нефтяных рынков, независимых обозревателей по нефти и газу. В специальном докладе МЭА основное внимание было уделено анализу стран — производителей энергетических ресурсов, в которых нефть и природный газ составляют не менее 30% всего экспорта, а доходы составляют не менее одной трети от общего объёма налоговых поступлений.

Агентство заявило, что изученные им крупнейшие в мире производители и экспортёры нефти, в частности Ирак, Нигерия, Россия, Саудовская Аравия, Объединённые Арабские Эмираты и Венесуэла, находятся под беспрецедентным давлением необходимости сокращения зависимости от доходов за счёт экспорта энергетических ресурсов на фоне достижений в области топливной эффективности, развития в области альтернативной энергетики. Буквально: электромобили угрожают подорвать спрос на нефть и газ и подорвать их финансы.

Надир Надиров

 

Надир Надиров

В комментариях Тима Дайса (Tim Daiss for Oilprice.com), Ника Каннингэма (Nick Cunningham is based in Pittsburgh, PA), Аманды Купер (Amanda Cooper, London, Reuters) и других акцентируются отмеченные в спецдокладе Фатиха Бироля беспрецедентность по силе и срочность по принятию мер для диверсификации экономик нефтедобывающих стран с экспорта сырой нефти на более перспективные модели развития во избежание кардинальных проблем, связанных с ростом предложения и сокращением потребностей в ископаемых углеводородах для производства энергии.

Бездействие или неудачные меры по диверсификации источников доходов нефтедобывающих стран усугубят риски, с которыми сталкиваются как страны-производители, так и глобальные рынки. Риски умножаются в условиях снижения цен на нефть.

Ник Каннингэм употребляет очень жёсткие формулировки: «Если страны, бюджеты которых на 30% и более складываются из поступлений от продажи нефти, не переориентируют свои экономики на перспективные модели развития, то их ждёт крах».

Среди наиболее активных в области диверсификации своих экономик в области нефтеиндустрии Китай и Саудовская Аравия, ускоренными темпами наращивающие мощности в сфере нефтепереработки и нефтехимии. Что примечательно, Саудовская Аравия инвестирует в нефтепереработку Китая, видя в нем надёжного и долгосрочного потребителя саудовской нефти. Таким образом, СА обеспечивает себе рынок сбыта на период, когда этот рынок сократится, а предложение вырастет – вот пример долгосрочной стратегии по защите своих интересов на дальнюю перспективу. В десятке наиболее активных стран, наращивающих свои нефтеперерабатывающие мощности, — Нигерия, Индонезия, Турция, др.

 

В Казахстане же длительное время обсуждается вопрос строительства 4-го НПЗ.  Обсуждение продолжается. В круг аналитического обзора МЭА Республика Казахстан не вошла. Однако выводы и рекомендации МЭА в плане необходимости срочной реорганизации экономики государства, в полной мере и напрямую относятся к нам.

Казахстан входит в топ-15 стран по производству нефти. Так, в 2017 году в стране добыт рекордный объём нефти – 86,2 млн т. Прогнозируется, что общий объём добычи нефти к 2025 году выйдет на уровень 104 млн т в год.Именно нефтегазовая отрасль Казахстана из года в год традиционно обеспечивает сильную поддержку бюджету страны, демонстрируя его зависимость от нефтяных доходов.

В последние годы почти 80% добываемой в Казахстане нефти идёт на экспорт. По данным Central Asia Monitor, по итогам восьми месяцев 2018 более 90% добытой нефти ушло на экспорт. При этом, согласно заявлению председателя Национального банка Данияра Акишева, нисколько не удивляет, что «зависимость экономики Казахстана от экспорта нефти, нефтегазового конденсата и металлов, наверное, даже выше, чем в России, – около 85%». В итоге налоги и другие поступления в бюджет от нефтегазового сектора в Казахстане составляют 67% (бизнес-новости Казахстана, 7 сентября 2018, LSM.kz). Зависимость от углеводородов выше только у бюджета Азербайджана и Бахрейна.

Следовательно, Республике Казахстан уже сейчас, как и крупным экспортёрам нефти, необходимо диверсифицировать экономику. Согласно стратегии «Казахстан–2050», страна должна перейти от простых поставок сырья к деятельности в области переработки энергоресурсов и обмену новейшими технологиями. При этом только в отдалённой перспективе (к 2050 году) доля нефтяного экспорта сократится до 30%.

 

В республике в сфере нефтепереработки завершены проекты модернизации Атырауского НПЗ и Павлодарского НХЗ. Срок окончания реконструкции Шымкентского НПЗ запланирован на конец текущего года. В Атырауской области развивает деятельность специальная экономическая зона «Национальный индустриальный нефтехимический технопарк» (СЭЗ «НИНТ»). И всё же, несмотря на предпринимаемые усилия и первые успехи, развитие нефтехимической отрасли Казахстана – это по-прежнему вялотекущий процесс.

Необходимо отметить, что, как в специальном докладе Фатиха Бироля, так и в комментариях аналитиков и обозревателей нефтяного рынка сделаны выводы и рекомендации, созвучные с выводами и рекомендациями, представленными нами в публикациях в научном издании «Нефть и газ», посвящённых проблеме строительства четвёртого НПЗ.

Разработки, созданные под эгидой Национальной инженерной академии РК, — это комплекс мероприятий по подготовке оптимального ресурса углеводородного сырья для переработки на прогнозируемом НПЗ в Мангистауском регионе. Получение качественной товарной нефтехимической продукции на этом НПЗ будет обеспечено принципиально новыми технологиями добычи (США) и глубокой комплексной переработки, созданной казахстанскими учёными. Приоритетная нефтехимическая направленность 4-го НПЗ должна уменьшить долю в сырьевой направленности казахстанской экономики.

 

На наш взгляд, Фатих Бироль недооценивает роль новейших технологий в области нефтедобычи и переработки в процессе переформатирования нефтедобывающих и экспортирующих нефть и природный газ экономик. Предлагаемые нами инновационные добычные технологии обеспечат дополнительный огромный ресурс углеводородного сырья:

— высоковязкие нефти и природный битум;

— остаточная нефть обустроенных, но истощённых месторождений;

— неизвлечённая сланцевая нефть и газ (сегодня средний КИН не достигает 10% от геологических запасов).

Принципиально новая сертифицированная технология гидроконверсии углеводородов на конечные продукты может обеспечить глубину переработки углеводородного сырья по двум позициям — нефтехимические продукты и моторные топлива – не ниже 92% массовых на каждую тонну исходной массы углеводородов, независимо от их качества.

Необходимо признать: в Казахстане прилагаются определённые усилия для диверсификации экономики. Нет сомнения, что придёт время и о полученных успешных результатах будет сказано: «Made in Kazakhstan» («Сделано в Казахстане»).

 

Огромные ресурсы трудноизвлекаемых, высоковязких нефтей и природных битумов Казахстана должны наконец найти применение в экономике Республики Казахстан – стать ценным сырьём в будущем нефтехимическом производстве, снизить зависимость от экспорта нефти, обеспечить казахстанцев рабочими местами в среднесрочной и отдалённой перспективе, заработать репутацию инновационной экономики. Имеются все основания полагать — после успешной реализации наших разработок и реализации альтернативных предложений можно будет с гордостью утверждать: это «Сreated in Kazakhstan» («Создано в Казахстане»).

Казахстан не может себе позволить оказаться выброшенным на обочину, когда потребность в нашей нефти снизится и доходы от её экспорта упадут.

Решительные и радикальные меры по недопущению этого должны быть реализованы уже сегодня. Мы предлагаем конкретные инициативы по реализации таких мер.

Надир Надиров, первый вице-президент Национальной инженерной академии РК, академик, почётный нефтяник СССР

source